Суд Лиги. Кандидат: Xin Zhao

Синь Чжао

Кандидат: Ксин Чжао

Дата: 13е июля, 20 УСЛ

Появление

Такое ощущение, что присутствие Ксин Чжао, хоть и весьма сдержанно, заполняет весь Великий Зал. Выражение непоколебимой решительности отражается на его лице, так же как потёртости на его полированных демасийских латах. Его характерный хвост раскачивается позади, пряди белых волос сверкают с каждым мерцанием ламп. В одной руке он несёт заострённый побитый таран, используемый как копье. Он притворяется, словно ему тяжело нести его – уловка, что бы сбить с толку тех, у кого острый глаз, но торопливый ум.

Он не сводит пристальный взгляд с дверей Отражающей Комнаты, но он проанализировал каждую мелочь Зала – от зубчатых эполетов, украшающих cтатую Сёмита, до мощного расползающегося разлома, пересекающего северную стену. Он следует к дверям шагами, которыми можно было бы идти, будь он по пояс в смоле и замирает, чтобы исследовать надпись выгравированную выше.

"Истинный противник кроется в душе".

С прикосновением, смутные очертания мраморных дверей любезно открываются. За ними всепроникающая темнота начинает растекаться наружу, расползаясь у его ног, когда двери открываются шире. Эта темнота, используемая сущность тьмы, поглощает свет, каскадом разливая недоброжелательные тени вокруг входа. Не впечатлённый заклинанием Ксин Чжао ступает в покрывающую всё черноту.

Отражение

Отсутствие света особо не беспокоило Ксин Чжао – его ослепили в предыдущей схватке. Он коснулся лба, пальцы скользнули по шраму, оставленному кромкой демасийского щита, вспоминая ощущение заливающей глаза крови. Рана была подарком на память от человека, которого в ноксианских бумагах именовали Дробильщиком Костей.

"Забавное прозвище, правда. Им следовало назвать его Стукач".

Из-за отсутствующего зуба Стукач свистел всякий раз, когда выдыхал, это оказалось особенно смешным, когда он задыхался. В тот раз Ксин Чжао ловко уложил Стукача на лопатки, хотя из-за своей самонадеянности он прозевал очевидный удар щитом. Он всё ещё мог слышать роковой боевой клич Стукача, дополняемый нелепым свистом, среди рёва тысяч, жаждущих крови зрителей, присутствовавших на Мясорубке. Узнаваемое едкое зловоние арены все ещё жалило его нос – запах желчи, капающей с убитых противников, которые беспорядочно лежали повсюду. Он всё ещё мог видеть глаза Стукача, пылающие гневом, сквозь прорези в его запачканном шлеме, когда тот делал ложный выпад своим зазубренным палашом, готовясь ударить щитом.

"Постойте, он мог видеть его".

Это было ошеломляющее ощущение – наблюдение подсознательной картинки, проявляющейся в действительности. У Ксин Чжао было достаточно времени только чтобы пригнуться от башенного щита отрезавшего кончик его хвоста. Он инстинктивно отпрыгнул в сторону, грубо падая на бок, но точно уклоняясь от кругового удара Стукача, обернувшегося вокруг. Его правая рука потянулась, ища древко копья, но пальцы сжали лишь ветку. Как его обезоружили? Толпа над ними скандировала, требуя резни. Ксин Чжао поднял взгляд, замечая лица, которые прежде видел в другой жизни. Воспользовавшись замешательством своего противника, Стукач сделал выпад – смертоносный колющий удар мечом, незаметный за его повреждённым щитом. Сидя в песке, Ксин Чжао был застигнут врасплох – слишком поздно, что бы увернуться, слишком поздно, что бы думать.

Меч Стукача вонзился в плоть между глазами Ксин Чжао, его остриё прижалось к черепу. Пристально глядя тупо вперёд, его глаза сосредоточились на основании вражеского меча, где он увидел сжимающую его левую руку – темно-красная струйка стекала по запястью. Он почти рассмеялся. Пока его сознание работало, отчаянно пытаясь совладать с недавней цепочкой событий, его тело, всегда неусыпное, снова не подвело его.

Ксин Чжао одним движением оказался на ногах, выхватывая меч решительным движением правой руки. Он услышал возглас удивления, когда двигался. Его левая рука, все ещё держащая выхваченный меч, рванулась вперёд, нацеленная в глазницу шлема Стукача. Тупой, мокрый звук отозвался эхом, сопровождаемым оглушительными аплодисментами толпы.

К ужасу Ксин Чжао Стукач не упал, как он ожидал – вместо этого, он хладнокровно сел. Ксин Чжао отскочил в защитную стойку, но Стукач лишь достал осколок из глаза и снял шлем. Ксин Чжао упал на колени, сразу узнав измазанное кровью лицо своего наставника, Короля Демасии Джарвэна II. Стукач улыбнулся, довольный смятением Ксин Чжао.

"Почему ты хочешь присоединиться к Лиге, Ксин Чжао?" Свист исчез.

Голос Ксин Чжао был хриплым: "Что это за уловка?"

"Ответь на вопрос".

"Я представляю Демасию… и её... истинного короля". Какая-то часть Ксин Чжао знала, что это был беспощадный мираж, но тяжесть в его сердце появилась не беспричинно.

"Чтобы победить своего заклятого врага, Ноксус?"

"Чтобы служить высшим интересам Демасии".

Пауза. "Каково это – обнажить свой разум?" Изуродованный глаз дёргался, вероятно, пытаясь изучить ответ Ксин Чжао.

"Несравнимо мерзкий". "Не то, чего я ожидал".

"Несравнимо мерзкий? Действительно? – Джарван указал на тела окружавшие их. – И в твоей жизни столько всего, с чем ты мог бы сравнить".

"У меня было достаточно всего. Я прошёл Ваше испытание?" – Ксин Чжао устал от игры, устал быть уязвимым.

"Мы закончили с Вами Ксин Чжао, но скоро Вы осознаете, что настоящее испытание ещё не началось".

Арена и усмехающееся одноглазое лицо Джарвана растворились в облаке чёрного дыма. Ксин Чжао обнаружил себя стоящим в небольшой прихожей, перед длинным коридором, который, он был уверен, вёл в Лигу. Позади него красиво украшенные мраморные двери мягко распахнулись, предлагая бегство.

Ему хотелось рухнуть. Ему хотелось повернуться и уйти, никогда больше не задумываясь об этом месте снова. Вместо этого он услышал голос Джарвэна в своей голове. На сей раз, он знал, что это была не иллюзия.

"Этому миру нужны храбрые люди, чтобы нести бремя, которое в противном случае раздавит всех нас. В глубине души Вы демасиец, Ксин Чжао. Будьте уверены в своей силе, и Вам никогда больше не придётся преклонять колени".

Ксин Чжао встал во весь рост и прошёл в Лигу Легенд.