Волк

Тема в разделе "Уголок писателей", создана пользователем Alaren, 28 ноя 2013.

  1. Alaren

    Alaren Коренной житель

    Рассказ совсем не по лиге, но мб кому-то будет интересно.

    Первая часть
    Кто бы ни был ты, читающий этот рассказ, я, Торвальд, прозванный Мудрым, приветствую тебя. На этих страницах ты не встретишь ни поучительных историй, ни великого и крайне сокрытого смысла, о котором так любят говорить некоторые из моих отроков, здесь ты увидишь историю и ничего больше. Историю о той самой земле, что называют Севером, историю о людях, населяющих его, историю о магии, что до сих пор живёт в тех холодных краях.
    Зачем я её пишу, о потомок, добравшийся до сего текста? Не затем, чтобы повеселить тебя или же чему-то научить, не за тем, чтобы показать, как жесток бывает мир и как крепка бывает дружба, о нет. Я пишу, чтобы память о моих друзьях пережила меня самого, пишу, чтобы Сигвальд Могучий и Рорик Чёрный ещё долгие годы жили в сказаниях, даже после того, как к себе их заберёт зима. Они мои друзья, и я пишу ради них.
    Прежде чем начать саму историю, я, наверное, должен немного рассказать тебе, читатель, о том, кто же я такой. Ну что ж, не вижу в этом ничего плохого. Моё имя Торвальд Торг и я родился близ города Хверд. Да-да, родился я на том самом севере, однако теперь живу в Катарской Империи и ни много ни мало являюсь лордом провинции Корантар. Вот такие дела. Я являлся непосредственным участником тех самых событий, что хочу описать, так что за достоверность фактов, описанных мной, можешь не бояться. Почти все в этой истории я видел своими глазами, а что не видел, то слышал из рассказов друзей или, пользуясь своей мудростью (я же Мудрый, ты не забыл?), предположил то, как там все было.
    Ну да хватит этих дурацких предисловий. Думаю, уже вполне можно приступить к самому настоящему началу. Только вот, откуда все началось?.. Ах, да! Началось все в Зимнем Пределе.


    Зимний Предел или как все началось.

    Зимний Предел. Эту величайшую крепость знает каждый житель Империи. Да спроси хоть любого юнца: «Что защищает нас на севере?» и тот, не задумываясь, ответит тебе: «Зимний Предел!». Да, слава о нём не утихала с самого дня его возведения, и я думаю, что не утихнет она и после того, как кости мои лягут в холодную Корантарскую землю. Но что же такого великого в этой крепости, что превозносит её каждый имперец? Постараюсь ответить тебе, дорогой читатель.
    Крепость была выстроена в форме квадрата, на каждой из сторон которого возвышался отдельный замок, укомплектованный несколькими тысячами солдат и десятком катапульт. Сами стены Зимнего Предела были так высоки, что, впервые увидев их, я подумал, будто они упираются в небеса, но потом я понял ошибочность этого утверждения, ведь по периметру стен стояли могучие башни. Одного взгляда на эту могучую крепость мне хватило, чтобы понять – Империя непобедима, если ей по силам создавать такое.
    Но внутри всего этого величия жили люди. Обыкновенные люди, как я и ты. У них были свои дела и заботы, свои печали и радости. Почти все они были заняты на обслуживании крепости или же её гарнизона, но так как Зимний Предел фактически являлся основным пропускным пунктом между Катарской Империей и севером, то здесь обитало и множество заезжих личностей. Обычно они останавливались в недорогих трактирчиках, таких, как «Крылатая корова», коими полнился город за стенами. Да, я сам там заночевал разок или два, и могу со всей уверенностью сказать - в «Корове» усталый путник сможет найти все, что ему потребуется. И мягкую постель, и горячую еду, и развратную бабу.
    Только вот тому человеку, что сейчас зашёл в этот трактир, вряд ли было нужно что-то из мною перечисленного. Имперец в потёртых одеждах, явно знавших куда лучшие времена, распахнул двери трактира и прошёл в общую залу. Он затравленно огляделся по сторонам и с явным недовольством отметил, что зал был забит народом почти полностью. Ну, а чего он хотел-то? Это же «Корова». Тут всегда было полно народу. Да вот только вся эта толпа теперь внимательно смотрела на новоприбывшего. Они видели перед собой человека средних лет, с небольшой, аккуратно постриженной бородой, короткими светлыми волосами и тёмными глазами. Это, собственно, была вполне обычная внешность, только вот сам факт того, что лицо имперца не было измазано в грязи, а на руках не виднелись многочисленные мозоли от тяжёлой работы, наводили простых людей, зашедших в «Корову», чтобы выпить кружку-другую пива, на странные мысли. «Какого хрена?» - например.
    Имперцу было явно не особо приятно такое внимание к его персоне, и поэтому он постарался было прошмыгнуть к одному из немногих свободных столиков, да вот только этот план не увенчался успехом. Его перехватил по пути какой-то старик, чуть ли не силой усадив того за стол рядом с собой.
    - Чьих будешь? – Спросил старик, улыбнувшись во все три зуба.
    - Не уверен, что понимаю, о чём вы, - озадаченно ответил ему имперец, - если вы спрашивали моё имя, то я Алькар.
    - Алькар, да? А я Бухарг. Бухарг Торг, - с этими словами он протянул имперцу руку, видимо рассчитывая на рукопожатие, и Алькар, немного сбитый с толку, таким жестом все-таки пожал руку старика.
    - Рад с вами познакомиться, - сказал он.
    Вообще-то, Алькар зашёл в этот трактир не для того, чтобы заводить новые знакомства или, упаси господь, друзей. Видишь ли, читатель, наш дорогой имперец оказался в крайне затруднительном положении – его объявили одним из врагов правящей династии, а наказание за это было очень простым. Ты ведь уже догадался, что не выговор? Так вот, после смерти Балора Первого, его многочисленные потомки устроили в Катарской Империи настоящую грызню. Каждый из них стремился занять трон отца, и каждый пускал в ход любые доступные ему средства. Сейчас эти времена принято считать «периодом лёгкой неопределённости», но я то знаю из вполне проверенных источников, что тогда кровь буквально лилась рекой. Да вот только кровь эта была не простых людей, а дворян.
    Алькар оказался среди тех, кто поддерживал одного из сыновей первого Императора, оказавшегося недостаточно хитрозадым, чтобы одолеть своих братьев. Когда же к власти пришёл Таронк Убийца, он с особым усердием принялся зачищать страну от тех, кто поддерживал его братьев. Перед опальными дворянами вставал очень простой выбор – либо смерть от рук палача, либо бегство. Алькар выбрал второе. Он знал, что гнев нового Императора будет направлен только против него, а не против его семьи, так что, он просто покинул фамильный замок и отправился, куда глаза глядят. А глаза его глядели на север.
    Кому-то, наверное, было бы интересно узнать о том, что вообще из себя представлял этот запуганный имперец, и как он жил до того, как решился на такой шаг, как бегство к северянам. Знаю я таких людей, им все расскажи да покажи вплоть до размера его трусов и того, откуда у него шрам на носу… Так вот, читай дальше и все узнаешь со временем, а если уж очень хочется узнать это все прямо сейчас, то отлови кого-нибудь из его сынков, кои до сих пор живут где-то в Хверде, они тебе про папку-то и расскажут, а засорять историю таким мусором я не считаю нужным. А теперь вернёмся к тому, что он, собственно говоря, делал в том трактире.
    Хотя знакомство Бухарга с Алькаром прошло не в самой тёплой манере, тем не менее, через полчаса старик уже смог разговорить имперца, а пяток кружек пенного пива очень помогли ему в этом. Пиво, разумеется, оплачивал имперец.
    - Да вот потому-то его и называют гиперболическим… - заплетающимся языком объяснял Алькар, а старик тем временем махал официантке, чтобы поднесла ещё пива.
    - А ты чего тут забыл-то? В «Корове»? Братец твоего пошива-то не особо сюда захаживает, - спросил он, ожидая очередной порции выпивки.
    - В смысле - моего пошива?
    - Ну, как… Ты весь из себя такой благор… как же это… лагобродный! Тебе бы из золотых тарелок жрать да вином дорогущим запивать, а ты тут, в этом гадюшнике. Не понимаю я.
    - Да как тебе сказать, - Алькар почесал затылок. Он не особо-то хотел распространяться незнакомым людям о своих планах, ведь на него могли донести, куда следует. И если это случится, то ему придётся распрощаться со всеми мечтами о том, чтобы начать новую, спокойную жизнь на севере, да и с головой тоже попрощаться. Но с другой стороны, Бухарг вызывал у имперца какое-то подсознательное доверие. Это был словно такой добрый дедушка, который всегда тебя поймёт и поддержит (Это Бухарг Торг-то! Ха-ха!).
    - Говори уж, как есть, - улыбнулся старик, придвигая к Алькару одну из кружек с пивом.
    - В общем, - глоток для храбрости, - я в немилость впал к нынешнему Императору. Он меня казнить надумал. За то, что я брата его поддерживал в своё время. Вот и пришлось мне бросить все да бежать. Сначала сюда, а потом думаю на север уйти. Там-то можно будет купить себе домик да дожить свой век безо всяких Императоров и прочей гадости.
    - Да-а-а-а… - протянул Бухарг, - нашёл ты себе врага, конечно.
    - Ага, - грустно кивнул Алькар.
    - А семья чего? Не боишься её оставлять с этим вашим Императором?
    - Нет, - на этот раз на лице имперца мелькнула слабая улыбка, - семье он мстить не станет. Уже не раз он доказывал, что его гнев распространяется только на врагов, а не на тех, кто был рядом с ними. В Корантаре они будут в безопасности, чего уж не сказать обо мне.
    - Что верно, то верно, - сказал старик, отхлебнув пива, - а ты не думал, что он тебя и на севере выловить сможет? Подкупит там кого-нить, чтоб нож в пузо всадили, и порядок.
    - Нет, не думал, - ответил Алькар, слегка побледнев.
    - Или, к примеру, этой своей дипламотией уговорит вождя той земли, где ты поселишься, выдать тебя. Такое тоже может быть. Или может ведьму какую уболтать, чтоб она на тебя проклятье…
    - Чёрт, - Алькар уже был бледен как смерть, - что же делать-то?
    - Для начала, имя надо бы сменить, - посоветовал ему Бухарг.
    - Зачем?
    - Ты хоть одного Алькара видел на севере? Думаешь, тебя будет трудно найти, с таким-то имечком? Вот если б тебя звали, скажем, Сигвальд, Хардвольд или Галгард… Да. Такие имена у нас на каждом углу по паре штук встречаются. Хочешь проверить?
    - Эм… Как? – неловко пробормотал Алькар, уже с трудом сохраняющий ясность разума, все-таки слишком уж много он сегодня выпил.
    - Смотри и учись, парень, - сказал Бухарг, встав из-за стола, а затем он крикнул на всю мочь своей старческой глотки, - Сигвальд!
    - Чё?! – разом ответило ему чуть ли не пол трактира.
    - А ничё, - сказал старик, возвращаясь за стол, - Вот видишь? Убедился? – последние его слова были обращены уже к имперцу.
    - Да, - кивнул тот, - впечатляет. Думаю, Сигвальд будет в самый раз.
    - Вот и молодец, - довольно кивнул Бухарг, - Вижу, мозги-то у тебя на месте ещё. Это тебе на севере ещё сыграет на руку.
    С этими словами старик взял кружку и, сделав солидный глоток, с каким-то напускным равнодушием посмотрел на новоявленного Сигвальда.
    - Ты, кстати, говорил, что дом хочешь купить, так? Думаю, я тебе с этим делом тоже помочь смогу.
    - Это было бы здорово! – улыбнулся имперец, - Я ведь почти ничего не знаю о землях за Зимним Пределом, и помощь местного мне бы очень пригодилась. Чем заплатить, у меня найдётся…
    С этими словами он полез за кошельком, но старый северянин перехватил его руку.
    - Не надо, парень, светить деньгами в таких местах - себе дороже. Лучше давай ещё по кружечке закажем да обсудим все.
    Этому совету Бухарга Алькар (хотя, чтобы не путать тебя лишний раз, дорогой мой читатель, будем звать его тем самым именем, которое он получил себе в этой вонючей таверне – Сигвальд) последовал с радостью. Они заказали ещё по одной кружке местного пива, а затем ещё по одной. Разумеется, за все платил Сигвальд, пока ещё не испытывающий проблем с деньгами, да и старик Бухарг казался ему чуть ли не самым ближайшим другом на всем белом свете, а не угостить друга – одно из самых страшных преступлений, что известно человечеству.
    Так они и просидели до самого заката, пьянствуя да рассказывая друг другу всякие истории. Конечно же, до скальдов этим двоим было как до луны, но если в трактире нет драки, то любая история поможет скрасить вечерок. Бухарг поведал Сигвальду о том, что не одни только имперцы ищут себе убежища на землях северян. Были тут так же и горские дикари, и даже жители далёкого юга…
    - Вот представляешь, парень, кожа у него чёрная как уголь, а зубы белые как снег. Этот чудик как улыбнётся, так всех мужиков на такой хохот пробирает!
    - У кого? – не очень понял Сигвальд, разум которого уже довольно давно подменили собой хмельные пары.
    - Да я ж говорю тебе, хрен ты бухой! Живёт у нас в Хверде южанин один. Звать его, кстати, Фарлак Снежинка.
    - С-снежинка? Фарлак? Южанин? Какого хрена снежинка-то? Он же чёрный, ты сам сказал!
    - Сынок, тебе определённо придётся привыкнуть к юмору северян, иначе… Даже не знаю, вот что превратится тутошняя твоя жизнь. Да и вообще, вали спать давай, а то пойло местное тебя уж совсем что-то подкосило. Завтра я тебя найду, да вместе пройдёмся до Хверда.


    А теперь я позволю себе рассказать о том, что случилось ночью в этом трактире, хозяин которого был давним и весьма добрым другом Бухарга Торга и его сыновей – Дарлгада, Храката и Торвальда (в коем ты, дорогой читатель, можешь узнать своего покорного слугу). Прославившихся чуть ли не на весь север как самая жестокая и хитроумная банда разбойников. Конечно, мне тогда было лет шестнадцать, но даже сейчас, сидя в тепле и уюте Корантара, стоит мне прикрыть глаза, и я вижу те самые дни, когда я, такой добрый и важный лорд всаживал нож в брюхо очередного торговца, чтобы разжиться парочкой монет.
    Правда, Сигвальда мы убивать не хотели. Точнее оставить его в живых захотел отец, видите ли, ему чем-то приглянулся этот глуповатый имперец. Тогда я не понимал старика Бухарга, а сейчас… А о том, что я чувствую сейчас, думаю, не стоит говорить раньше времени, тем более, что-то я отвлёкся.
    Той ночью мы вместе с братьями, ведомые неудержимой жаждой завладеть теми самими деньжатами, на которые Сигвальд собирался прикупить себе этот мифический дом, пролезли в трактир, да вот только были у нас две проблемы. Первая заключалась в том, что Дарлгад и Харод были идиотами, весьма слабо представляющими себе, что значит «не убивать», и они вполне могли нарушить отцовский наказ, что было весьма и весьма нежелательно. Бухарг хоть и был стариком, но зубы сынкам повыбивать мог запросто. Второй же проблемой было то, что находились мы в Зимнем Пределе.
    И что с того, спросишь ты? Подумаешь, Зимний Предел! Людей грабят везде, где, собственно говоря, есть люди, и какая-то там крепость не будет исключением. Я бы с тобой согласился, читатель, да вот только население этой проклятущей крепости по большей части состояло из солдат, при любом удобном случае готовых растерзать честного и добропорядочного грабителя на куски. Обобрать этого имперца в таких условиях, да ещё и сохранить ему жизнь было задачей не из лёгких, но я без лишней скромности могу сказать, что справился с ней просто мастерски.
    Изначально мою задачу очень сильно облегчил отец, напоивший имперца до такого состояния, что он и Императора бы не узнал, если б тот заявился в ту комнатку, что Сигвальд снял в «Корове». Хозяин трактира весьма благоразумно предоставил нам ключ от этой комнаты и оба моих братца без особых проблем вытащили слабо упирающееся тело на улицу, где я их и встретил.
    Сигвальд выглядел весьма жалко. Мутными глазами он глядел то на меня, то на моих братьев, поддерживающих его под руки.
    - Шфбрнмт?.. – вяло поинтересовался он.
    - Скоро увидишь ты север, лопух, - ухмыльнулся я, предвкушая знатную добычу, - Скоро.
    - Давай, Хар, - сказал Дарлгад, у которого уже руки чесались проломить кому-нибудь голову, - Потащили этого барана за ворота.
    - Зачем? – удивился Харод, никогда не отличавшийся повышенным интеллектом. Отец иногда с любовью называл его тупорылым пнём, и, в принципе, был не далёк от истины.
    - Как - зачем?! – пробормотал я, - Тут нас схватят как…
    - Заткнись, кузнечик, - презрительно бросил Дар. Он был старшим из сыновей Бухарга, и отчего-то считал, что это, вкупе с огромными мускулами, даёт ему право командовать остальными братьями. – Ведём к воротам, а когда выйдем из крепости, поговорим с этим, - он указал головой на Сигвальда, все ещё пребывающего в стране хмельных чудес, - По-человечески…
    «По-человечески» в его понимании было прирезать беднягу и обобрать до нитки. Иногда мне казалось, что эта его неуёмная жажда убивать всех, кто попадался ему под руку, доведёт моего братца до могилы (да чего греха таить, я надеялся на это всем сердцем!). Да вот только страх перед отцом в нём был куда сильнее подобных позывов, и когда мы потащили еле переставляющего ноги имперца к воротам, ведущим на север, я пребывал в полной уверенности, что Сигвальду этой ночью ничего не грозит. Ну, разве что потеря кошелька да сапог. Хотя можно ли это считать потерей? Скорее - бесценным уроком!
    Так или иначе, мы подошли к воротам, где нас встретили несколько стражников, видя которых, я невольно поморщился от зависти. На севере, где дисциплина и порядок не были в особом почёте, стражника (если вам вообще удавалось его встретить) можно было застать либо пьяным, либо сонным, а самое страшное, что он мог сделать по отношению к нарушителю покоя горожан, так это заблевать с головы до ног. Эти же ребятки были совсем из другого теста. Высокие, статные, свежие и трезвые как стёклышки. Они внимательно проверяли всех, кто входил или же выходил из Зимнего Предела, и проскочить мимо такого препятствия было не самой лёгкой задачей, особенно если ты похищаешь какого-то имперского вельможу.
    Но тут на сцену выходил Торвальд Торг, для которого просто не существовало слова «невозможно». Когда один из стражников, позвякивая доспехами, подошёл к нам, я уже приготовил как минимум три речи, призванные помочь нам покинуть Зимний Предел, а вместе с ним и саму Катарскую Империю. Правда, не знаю, зачем я их готовил, ведь в таких ситуациях всегда шла исключительно импровизация, и близко не стоящая с тем, что я хотел сказать за пять минут до того.
    Здесь я позволю себе сделать небольшое отступление, на случай, если ты, потомок, добравшийся до сего текста, не увлекался воровством, грабежом и убийствами вблизи Зимнего Предела. Для начала скажу, что ты многое потерял в своей жизни. Нельзя ведь каждый день жить так, будто за тобой с небес приглядывает сам Единый Бог. Пойди ограбь кого-нибудь и забери себе его сапоги! Хотя нет, сначала дочитай, а потом можешь идти. Так вот, ты, наверное, задумываешься над тем, к чему такие хитроумные и сложные схемы с вытаскиванием Сигвальда за границы Империи?
    Все очень просто. Если бы я, скажем, посреди ночи, просто стащил у него кошелёк, то все это, разумеется, выглядело бы куда проще на первый взгляд. Только на первый. Я ведь уже говорил о стражниках Зимнего Предела? Эти ребята прекрасно делали свою работу, и, можешь не сомневаться, чуть ли не каждый из них знал в лицо всех братьев Торг, уже успевших получить весьма не лестную славу среди северян, да и среди имперцев тоже. Каждый раз, когда кто-либо из нас переходил границу, он подвергался обязательному досмотру, во время которого пересчитывали чуть ли не все волоски на голове, а про наличие золота и упоминать, думаю, не стоит.
    Поскольку мы пришли в Зимний Предел с кошельками, пустыми как голова Хара, то было бы весьма подозрительно, если бы мы вернулись обратно, изрядно разбогатев. Разумеется, нас бы задержали «до выяснения обстоятельств». За это время Сигвальд уже отошёл бы от хмеля и, разумеется, пошёл бы к стражникам, дабы заявить о том, что его ограбили, и я очень сомневаюсь, что имперец позабыл бы Бухарга, с которым они квасили весь день.
    Но если бы мы обчистили его уже на землях севера, то все было бы куда проще. Империя не имеет там власти, и каждое преступление, совершённое за границами Зимнего Предела мало интересует тамошних стражников. Другой вопрос был в том, что наш многоуважаемый мешок с деньгами надо было как-то протащить через границу и, как я уже говорил, тут я показал себя во всей красе.
    - Братья Торг, - один из стражников – седоволосый служака, явно отдавший не один десяток лет службе Империи, встал прямо перед ними, скрестив руки на груди. – Наконец-то решили свалить из нашего славного городка? О, да вы ещё и друга себе нашли?
    - Мы просто не смеем раздражать вас и всех прочих граждан своим присутствием больше, чем необходимо, - сказал я, склонив голову в притворном смирении, - и, да, это наш друг. Он попросил нас проводить его до Хверда, ведь самого его ноги-то уже не держат, если вы понимаете, о чём я.
    - Друг значит, да? – стражник с сомнением посмотрел на Сигвальда, ответившего ему мутным но, тем не менее, весьма дружелюбным взглядом. – И кто таков этот друг? По своей воле на север идёт?
    - Чё? – пробормотал имперец, поддерживаемый двумя здоровяками.
    - На север хочешь?! – крикнул стражник, видимо предположив, что от хмеля этот придурок оглох.
    - Север? – Сигвальд посмотрел сначала на стражника, а затем взгляд его медленно переместился на меня, - Хочу. У меня там дом будет. И баба. Да. Нахер Империю.
    - Понятно все с тобой, - махнул рукой стражник и, посмотрев на двух своих сослуживцев, сказал им, - Обыщите всех, если ничего подозрительного не найдёте, то пропускайте. Надоело с этими Торгами треклятыми возиться уже.
    Те поспешили исполнить приказ командира.

    Примерно через полчаса небольшой проход в огромных воротах крепости приоткрылся, и через него прошли трое братьев Торг, тащившие с собой вяло бормочущего какие-то проклятья Сигвальда, судя по всему, уже начавшего возвращаться в реальный мир. Да вот только с этим возвращением он немного опоздал, ведь теперь они находились на севере, где никакие законы и порядки не смогут прикрыть его глупую задницу от суровых жизненных реалий. Мы прошли всего несколько сотен шагов, от Зимнего Предела, чтобы добраться до более-менее безлюдной части дороги, на которой Сигвальд получил солидный удар по голове от Дара, и лишился кошелька и сапог, которые, кстати говоря, до сих пор стоят в одном из моих шкафов. Хорошие сапоги. Долговечные. Имперские.
    Мы оттащили Сигвальда на несколько шагов от дороги и бросили в лесу. Там его, конечно же, найдёт какой-нибудь сердобольный путник, и поможет придти в себя, но произойдёт это не слишком скоро, так что у нас было достаточно времени, чтобы уйти в Хверд и начать тратить заработанные честным грабежом деньги. Ну а если его никто так и не найдёт… Что ж поделать? Мы же его не убивали.
    Забавно получилось, но нашёл его вовсе не путник. Кряхтя и чертыхаясь, Сигвальд открыл глаза и увидел, что на него с интересом глядит девочка лет тринадцати. Он поначалу решил, что мы ему мозги совсем отшибли, потому что у девочки этой были белые как снег волосы, синяя кожа и зелёные глаза, больше всего походившие на пару изумрудов.
    - Старый, - прошептала она, оглядывая имперца. Голос её звучал странно. Словно какая-то лесная птичка вместо звонких песен вдруг стала разговаривать словно человек.
    - Чего? – пробормотал Сигвальд, - Ты кто такая?
    - Но красивый, - сказала девочка, склонив голову набок.
    Тут надо бы, наверное, сказать, зачем дриадам (а Сигвальду посчастливилось встретить одну из их Богом проклятого племени) нужны были мужчины. Надо бы. Но я не скажу. Те вещи, что они с мужиками творят не для приличных историй, каковой я считаю этот рассказ. А если этот вопрос вам спать ночами давать не будет, загляните в Императорскую библиотеку да прочтите пару книг о лесных ведьмах.
    А теперь вернёмся к Сигвальду.
    - Ты кто такая? Что со мной случилось? – голова у него болела так, словно вчера он выпил несколько кувшинов весьма дерьмового вина, что, в принципе было не так далеко от истины. Да и ноги как-то слишком уж мёрзли… - Эй! Где мои сапоги?! – крикнул он, заметив пропажу.
    - Сапоги? – спросила девочка, склонив голову на другой бок. – Зачем сапоги?
    У неё-то сапог не было. Только какое-то полупрозрачное платьице. И она была синей. И глаза у неё были зелёные. И волосы белые. Только сейчас разум Сигвальда начал более-менее приходить в норму, и он, наконец, обратил на все это внимание.
    - Ты синяя, - сказал он, пытаясь встать, но ноги настолько отмёрзли за то время, что он сидел на снегу, что эта попытка, как две последовавших за ней, оказались неудачными.
    - Ты тоже, - улыбка озарила лицо девочки. – Холодный. Замёрз.
    - Без сапог-то…
    Но договорить ему она не дала. Дриада буквально обвила Сигвальда руками, сев рядом с ним и проведя рукой по его лицу, прошептала:
    - Согрею, - и то, как она произнесла это единственное слово, весьма явственно дало ему понять, каким образом та собирается его «греть». Если бы на месте этой зеленоглазой девочки была другая, Сигвальд, несомненно, оттолкнул бы её от себя, да ещё и прочитал бы парочку нотаций о том, как подобает вести себя барышням в её возрасте. Но было что-то в голосе этой синекожей чертовки, в её прикосновениях, что заставляло желать её. Он хотел обнять её, быть рядом с ней, провести остаток жизни, глядя в эти странные изумрудные глаза…
    - Будь со мной, - прошептала девочка над самым его ухом, - Я дам тебе тепло. Будь моим. Будь…
    Сладкая речь дриады вдруг сменилась душераздирающим визгом, перешедшим в какое-то рычание, больше похожее на дикую кошку.
    Чары, которые эта тварь напустила на Сигвальда, тут же рассеялись, и он увидел мужика в сером плаще с капюшоном. Незнакомец с руганью и проклятиями тащил рычащую и упирающуюся девочку за волосы, причём, делал он это с таким усилием, будто весила она как здоровенный кабан.
    - Что удумала, шлюха?! – заорал он, резко вздёрнув дриаду вверх, так, что её ноги оторвались от земли, - Мальчишек мало стало, да?! На мужиков потянуло?!
    Совершенно сбитый с толку Сигвальд пялился на них во все глаза. Девочка, всего мгновенье назад казавшаяся ему такой красивой, вдруг изменилась. Её гладкая кожа потрескалась и пошла буграми, напоминавшими сейчас древесную кору, а пальцы на руках вытянулись и стали походить на ветки.
    - Пусти! – рычала она, - Пусти меня!
    Дриада отчаянно извивалась, стараясь достать северянина, но все было напрасно. Ведьма попалась и ничего не могла с этим поделать… или почти ничего. Дерево, у которого все ещё сидел ошалевший Сигвальд, вдруг с треском и кряхтением начало двигаться. Его ветки потянулись к незнакомцу.
    - Стоять! – рявкнул тот, выхватив меч и приставив его к горлу дриады, - Или я пущу ей кровь!
    Ветки, тянувшиеся к северянину в нерешительности остановились.
    - Какого хера сидишь?! – крикнул он Сигвальду, все ещё наблюдающему за происходящим. – Быстро ко мне!
    Повторять дважды не требовалось. Имперец, позабыв о боли в отмороженных ногах, кое-как поднялся и в несколько шагов оказался рядом с северянином. Сейчас он хотел спросить, что за чёрт тут творится, но на вопросы не оказалось времени, потому что мужик, не долго думая, рубанул мечом по волосам дриады. Девочка с криком упала на землю, а северянин, спрятав волосы в полах плаща, схватил Сигвальда за руку и бегом потащил его прочь из леса.
    - Бежим! Бежим, мать твою! – кричал он на ходу, но слова сейчас были лишними, ведь обернувшись, Сигвальд увидел, что дерево вылезает из земли, а на коре его проявляется искажённое яростью лицо.
    - Дуб! – в панике крикнул он.
    - Я тебя спас вообще-то!
    - За нами идёт дерево!
    Обернувшись, северянин чертыхнулся, видя, что Сигвальд не ошибся. За ними действительно шло дерево. Точнее - бежало, чего уж точно нельзя было ожидать от того, у кого вообще не было ног. Хотя от него нельзя было ожидать и страшного воя, которым разродился дуб, несущийся по лесу, выворачивая из земли попавшихся под руку (или ветку?) собратьев.
    Беглецам пришлось ускорить темп, ведь никому из них не хотелось испытать на себе, чем грозит встреча с ожившим деревом. Особенно это узнать не хотелось Сигвальду, который, не смотря на то, что был без сапог, даже обогнал немного опешившего северянина. Но это стало не важно в тот момент, когда из земли вылезли корни, ухватившие за ноги беглецов, намертво приковав их к земле.
    Сигвальд не мог вырваться из их хватки и единственное, что ему сейчас осталось, это наблюдать за стремительно приближающимся дубом. Он уже видел широко раскрытую пасть и два ряда желудей, судя по всему, служивших дереву зубами (Да-да. Именно желуди. Если не верите, можете затребовать подтверждения у кого-нибудь из потомков Сигвальда. Думаю, он их всех замучил историей о том, как его чуть не сожрало дерево).
    - Но это же невозможно! – орал Сигвальд, - Этого не бывает!
    - Заткнись, - сказал северянин, судорожно копающийся в карманах.
    - Но деревья же не ходят! Это же колдовство! Магия! Её не бывает! – вопил Сигвальд.
    - Скажи это дереву, - пробормотал мужик, вытаскивая из кармана какую-то склянку. – Развлеки его беседой. Песенку там спой. О погоде поговори. Ведь так у вас в Империи борются с ходячими деревьями?
    - Что?! Беседой?! Какой беседой?! Это же дерево!
    - И оно очень недовольно. Чёрт. Застряла, - буркнул северянин, пытаясь вытащить пробку из проклятущей склянки. А дуб уже был в нескольких шагах. Сигвальд даже видел язык из листьев облизывающий зубы-желуди. – Отвлеки его, мать твою!
    Отвлечь дерево, конечно, было бредовой идеей, но что не сделаешь ради выживания?
    - Э… господин дерево, - еле слышно проблеял Сигвальд, когда дуб уже был рядом с ними и тянул ветки к добыче.
    - Что? – пробасил дуб, - Говорить теперь вздумали? Развелось тут всяких, приходят, хулиганят, а потом и говорить хотят! Ну уж не-е-е-ет! Листья-сучья! Я вам покажу! Никаких разговоров!
    У Сигвальда, впервые в жизни разговаривающего с деревом, не выдержали нервы, и он выдал монументальную фразу, годами служившую для насмешек в его адрес:
    - А… а хотите спою?
    - Споёшь? – дуб в задумчивости остановился, - Листья-сучья… Хм… Хорошую песню?
    - Хорошую! Лучше просто не бывает! – ответил за Сигвальда северянин, оставивший попытки вытащить пробку. – Но если она тебе понравится – ты нас отпустишь! А с Хозяйкой Леса мы договоримся, ты не переживай.
    - Хм… Листья-сучья… - пробормотал дуб, сплетя ветки. Жест этот весьма напомнил скрещенные на груди руки. – Знакомый у тебя голос… - с этими словами он дунул на северянина, скинув капюшон с его головы. Теперь Сигвальд во все глаза таращился не на дерево, а на товарища по несчастью. Ведь у того были такие же белые, как и у той девчонки волосы и белая кожа. Только глаза были тускло-серыми, человеческими. На вид ему было не больше тридцати. Почти так же, как и самому Сигвальду.
    - Колдун! – заорал он, тыча в товарища пальцем, - Призрак!

    Здесь я позволю себе сделать небольшое отступление. Сигвальд, будучи образованным человеком, знал о том кто такие альбиносы, и почему они рождались на свет именно такими. Но проблема была в том, что этот самый образованный человек сначала нажрался как свинья, затем получил удар по голове, был околдован дриадой и в довершение всего должен был спеть дереву. Сохранишь тут образованность, как же.
    Однако продолжим.

    - Колдун? – прогремел дуб, - Призрак?! Нет, мягкий человек! Он не колдун и не призрак! Он - Рорик Чёрный! Вор, обманщик и… ДРЕВОРУБ! – последнее слово было произнесено как страшнейшее оскорбление и проклятье.
    - Да, подумаешь, - пожал плечами Рорик, - всего-то пару раз…
    - Двадцать раз ты приходил в этот лес, древоруб! Двадцать раз ты обманывал меня! Ух, листья-сучья! Но теперь ты меня не обманешь!
    - Эй, ну я же просто хотел помочь тебе, Гарри.
    - Гарри? – удивленно спросил Сигвальд.
    - Гарриуртаноргадарт! – прогремел дуб, и от слов его закачались ближайшие деревья, - Я тебе не Гарри, древоруб!
    - Да брось! Мы же друзья! Хочешь, я найду тебе красивую берёзку?.. Осинку? Не любишь осинки? Так у меня тут есть одна знакомая сосна… Иголки у неё…
    Сказав это, Рорик принялся обрисовывать руками какую-то странную конструкцию, отдалённо напоминавшую ёлку.
    - Больше я на это не куплюсь! – рявкнул Гарри, ударив корнями по земле. – Нет берез! Нет сосен! Ты опять врёшь мне, древоруб!
    - Подожди-подожди… - ветки уже начали оплетать Рорика, сдавливая его грудь, - мы же друзья, Гарри! – затем он повернулся к Сигвальду и, уже задыхаясь, прошептал:
    - Пой! Пой, чтоб тебя! Я тебя от бабы спас! Долг платежом… А-а-а-а! Гарри! Это мои рёбра! Не надо!
    - Э… а… - Сигвальду все-таки не хотелось, чтобы прямо перед ним разъярённое дерево убило человека, так что он попытался спеть первую пришедшую в голову песенку. – В лесу родилась ёлочка… сосенка… красивая… была… росла…
    - Лучше пой! – задыхаясь, шептал Рорик.
    - Красивая сосна, ля-ля-ля! Жила-была в лесу тра-ля-ля! И была она совсем одна-а-а-а!
    - Что тут происходит?! – синекожая девочка вышла из-за дуба, который довольно увлечённо слушал песню Сигвальда. – Гарри! Что ты делаешь?!
    - Я… - дуб переминался с одного корня на другой, - Ну, понимаешь, Хозяйка. Древоруб...
    - Да-а-а-а? – девочка перевела взгляд зелёных глаз с дуба на извивающегося в ветвях Рорика, - Так вот кто к нам пожаловал. Сам Древоруб.
    - Кх! Я… Кхе!
    - Что-что? Я не слышу тебя, - ядовито ухмыляясь, сказала дриада.
    - Банку! – шепнул Чёрный, но голос его был таким тихим, что услышал его только Сигвальд.
    - Ты хочешь, чтобы Гарри тебя раздавил? – спросила девочка, опять склонив голову. – Гарри, он хочет, чтобы ты его раздавил.
    - Банку! – снова прохрипел Рорик, и только сейчас до Сигвальда дошло, что обращается он к нему. Ведь прямо под ногами имперца лежала та самая скляночка, выпавшая из рук северянина. – Швырни!
    Сигвальд, не особо придававшийся размышлениям в этот момент, просто подхватил банку с земли и кинул её прямо в Гарри. От столкновения с дубом стекло треснуло и…
    - А-а-а-а-а-у-у-у-у-у! – завыло охваченное пламенем дерево. Потеряв разум от боли, дуб принялся размахивать ветками, пытаясь сбить огонь. И если с одной стороны это был довольно разумный шаг, то с другой… Вы когда-нибудь видели размахивающее ветвями дерево? Сигвальд вот увидел. Сначала вдаль улетела дриада, не успевшая вовремя увернуться, затем и Рорика постигла та же учась, ну а потом и сам Сигвальд, получив могучий удар в грудь, был вышвырнут на самую границу леса, грохнувшись в придорожную канаву, в которой уже лежал Чёрный.
    - Меня, кстати, Рорик зовут, если ты не понял ещё, - пробормотал северянин. – Интересно, он мне там ничего не поломал?
    - А я… чёрт, мне, по-моему, все-таки поломал.
    - Мне тебя так и звать? Кхе! Чёрт, никогда больше не сунусь в этот лес.
    - Сигвальд. Я Сигвальд.

    Вторая часть
    Да. Это был тот самый Рорик, по прозвищу Чёрный. Если ты, потомок, ничего не слышал об этом человеке, то просто убери руки от сего текста и никогда более не смей осквернять род Торгов своим существованием. Хотя, вполне могу допустить, что труд мой попадёт в руки и не Торга вовсе. Да, это вполне вероятно. Тогда определённо стоит рассказать о том, кем же был Рорик.
    А был он сволочью. Другого слова я просто не могу подобрать. Хотя, нет, могу. Гад, подлец, вор, врун, козёл, торгаш, убийца и поганец, ну и, само собой, «лекарь», только вот от лекарства его всегда понос прохватывал на пару недель. Подозреваю, что делал он это специально, но доказать это никогда не выходило. Перечислять все его «достоинства» я могу ещё листов двадцать, да вот только надо ли это все? Думаю, в общих чертах понятно, что из себя представлял Рорик. Но делало ли это его плохим человеком? Определённо нет. Рорик, как и все люди на севере, просто пытался выжить в суровом мире, где каждый встречный норовит огреть тебя дубиной по голове и стащить сапоги. Эх, добротные у Сигвальда все-таки сапоги были. Сейчас таких уже не делают. Но что-то я отвлёкся немного.
    Жизнь на севере действительно не из лёгких, но особенно тяжела она была для Рорика, ведь на свет он родился альбиносом, а в Законах Севера ясно прописано, что ребенок, родившийся увечным, уродливым или ещё какой гадостью поражённый, проклят Богами за прегрешения, которые ему надлежит совершить в будущем. Закон хоть и был странным до одури, ведь на Севере уж тысячу лет не верили ни в каких Богов, но следовали ему исправно. Люди боялись таких детей, боялись, что они принесут горе в семью, в селение… Идиоты тупые.
    Родители оставили белокожего младенца в зимнем лесу, где он, несомненно, погиб бы от холода. И там…

    (Далее на листе следовало огромное пятно)

    Кхм. После хорошего ужина, который сготовила моя дорогая жена, я понял две вещи. Первая – никто и никогда не будет так вкусно готовить, как любимая тобой женщина. Люби жену - и будет тебе вкусная еда, а коль любить не будешь, то наслаждайся недоваренной картошкой и скисшим молоком. Это было первое. А второе заключается в том, что рассказывать историю Рорика сейчас было бы крайне глупо с моей стороны. Ведь не я должен говорить об этом, а сам Чёрный! Моими словами, конечно, но говорить будет он сам.

    По дороге в Хверд
    Дорога, ведущая из Зимнего Предела в Хверд, хоть и была довольно широкой, но пролегала она прямо через дремучий лес, в котором Сигвальду и Рорику «посчастливилось» испытать такое незабываемое приключение. Имперец, глядя на деревья, окружавшие их справа и слева, никак не мог отделаться от мысли, что вот-вот на них вновь набросится очередное размахивающее ветками чудовище, и на этот раз отделаться так легко не удастся.
    А отделались они действительно легко. Вопреки первым впечатлениям, рёбра их были вполне себе целы, руки и ноги оставались на своих местах, а в заплечном мешке Рорика, который тот припрятал, прежде чем идти на охоту за дриадой, нашлась пара плохоньких сапог, с трудом налезших на ноги Сигвальда. Казалось бы, что такого? Они живы, они целы, и они даже почти не мёрзли. Живи да радуйся, но и Сигвальд, и Рорик шли, сохраняя напряжённое молчание, то и дело опасливо поглядывая в сторону нависавших над ними деревьев.
    Но молчание это не продлилось долго. Когда путники прошли достаточно далеко, и сплошная стена леса сменилась редкими деревцами, Рорик наконец-то заговорил со своим новым знакомцем.
    - Ты мне должен, - заявил он, доставая из складок плаща дешёвую почерневшую от слишком уж частого использования трубку.
    - Должен? – спросил Сигвальд, и в этот момент Рорик резко остановился. Имперец было подумал, что тот сделал это из-за его вопроса, но причина крылась совсем в другом. Чёрный, скинув на землю заплечный мешок, развязал его и извлёк на свет божий железную коробочку в которой, как выяснилось, он хранил табак.
    - Имперский, - улыбнувшись, сказал Рорик, набивая трубку. - В Соладаре купил. Больше нигде такого не достать, - покончив с этим делом, он закурил и вновь посмотрел на Сигвальда, на этот раз без улыбки. В глазах северянина блеснуло что-то, спустя годы охарактеризованное Сигвальдом как «эта его сучья жажда наживы», или, как говаривал об этом взгляде сам Рорик - «как я могу извлечь из этого лопуха выгоду?»
    - Да, - кивнул Рорик. - Должен. Если бы я не спас тебя от той девчонки, то этот славный лесок навечно стал бы твоим домом, - и, видя немой вопрос в глазах имперца, он вынужден был продолжить, сделав знатную затяжку. – Это была дриада, если ты не понял, или Хозяйка Леса, как её зовёт старина Гарри. Хороший парень, хоть и дерево.
    - Ага, очень хороший, - сказал Сигвальд, перед глазами которого до сих пор стоял разъярённый дуб.
    - Правда хозяйничает она только в этой половине леса, - хмыкнул Чёрный, трубкой указывая налево. - Дорогу-то, людьми проложенную, она перейти не может. Но если какой-то дуралей, вроде тебя, забредет в её владения, то ждёт его весьма незавидная участь. Или завидная, в зависимости того, насколько тебе не хватает бабского внимания. Проще говоря, она бы тебя заколдовала, затрахала и выкинула, когда ты состарился. А состарился бы ты очень быстро, ведь эти твари тянут из людей жизнь, силы и молодость. Всего лишь два дня в её объятьях, и вместо крепкого… относительно крепкого мужика, на этой дороге со мной шёл бы столетний старик. И это можно было бы считать везением. Поверь мне, ты не захочешь знать о том, что бы тебя ждало в случае, если бы она посчитала тебя недостаточно красивым.
    - Но ведь невозможно! Колдовства не бывает! Дриад не бывает!– возмутился Сигвальд, все ещё пребывавший в блаженных заблуждениях касательно мироустройства. Эти заблуждения до сих пор активно пропагандируют в Империи и, смею вас заверить, ваш покорный слуга не один и не два раза успел выслушать лекции о том, что нет на свете никакой магии. Это мне-то, Торвальду, из рода Торгов, родившемуся на севере, видевшему все тамошние чудеса своими собственными глазами, доказывали, что магии не существует!
    Одно слово – Империя. Здешние умники считают себя пупом земли. Мнят, что в их библиотеках сокрыты все знания мира, а на самом-то деле живут в мире лжи и ложь эту самую сеют в сердцах простых людей. Именно благодаря этим горе-учёным и не стало магии в Империи, так я считаю. Никто там не верит в чудеса, не ждёт их и даже не смеет задуматься о том, что есть на свете такие вещи, которые не по силам истолковать этим мужикам из Золотой Академии. Люди перестали верить в магию, и магия покинула Империю. Такие вот дела. Но вернёмся к Сигвальду и его личным заблуждениями, которые получили солидный удар от следующих слов Рорика:
    - Не бывает? – почесав свою небольшую бородку. - Да. Определённо не бывает. Пойди, скажи об этом Гарри. Он оценит.
    - Но ведь…
    - И хватит уже уводить тему в сторону. Ты мне должен, приятель, - сказал Рорик, выпустив облачко дыма прямо в лицо Сигвальда.
    - Должен что? – с сомнением спросил тот.
    - Жизнь, - невозмутимо ответил Рорик. – Одну жизнь. Твою жизнь, если быть точным. Я спас тебя от дриады. Так что, ты мне должен, приятель.
    - Подожди, - в Сигвальде начал просыпаться «типичный имперец», дотошный, внимательный и… Я ведь упоминал дотошность? – Я ведь тоже спас тебя! Даже нас обоих!
    - Спас? Это как?
    - От дерева. Я ведь отогнал его кинув…
    - Мою скляночку. Мою.
    - Но кинул-то я!
    - По моему требованию. Моему. Требованию. Если бы я тебе не сказал кинуть её, ты до сих пор стоял бы и пел этому полену, как там было? – откашлявшись, Рорик попытался изобразить пение Сигвальда приторно писклявым голосочком. - Кра-а-а-а-асивая сосна, одинокая-а-а-а-а сосна… А! Эй! – крикнул он, уворачиваясь от весьма неумелой попытки Сигвальда дать ему в морду. - В ком-то просыпается кровожадность? Мне это нравится. Пригодится тебе в работе.
    - Какой работе?!
    - Моего телохранителя, конечно же.
    Сигвальд, само собой, не слышал о Рорике Чёрном, одном из лучших мечников на всём Севере. Как не знал он и о том, что тому совершенно без надобности был телохранитель. Говоря по правде, я сам не понимаю, зачем Рорик нанял себе в помощь имперца. Сколько я ни спрашивал этого белого прохиндея, каждый раз он называл новую причину, и если поначалу было хоть что-то более-менее логичное, вроде бесплатного раба, то потом он уже стал рассказывать мне весёлые истории о том, как будет использовать Сигвальда в качестве плота, дабы переплыть Белое Море. Мне в этом предприятии он отводил роль весла. На самом деле есть два варианта, которые я могу считать вполне правдоподобными.
    Первый – Рорику нужен был идиот, которого можно будет кинуть в гущу схватки и сбежать. Надо сказать, делал он так довольно часто. Мы с Сигвальдом не раз и не два оказывались один на один с толпами разбойников, чудовищ и даже гвардией Короля-жреца… Ну, об этом расскажу в другой раз. А второй вариант немного менее правдоподобен. Я думаю, Чёрный просто пожалел имперца, которому, несомненно, было суждено подохнуть в первую же пару дней на Севере, если бы кто-то не взял его под свое крыло. Какой из этих вариантов правда - пусть каждый, читающий этот текст, решает для себя сам. Я уже решил.
    Сигвальд только и мог, что, раскрыв рот, глядеть на Рорика. Имперец ведь и драться-то не умел толком, куда ему в телохранители?!
    - Вижу, ты думаешь, что ты даже драться не умеешь толком, - подметил Чёрный, судя по всему читая лицо имперца как раскрытую книгу. – Это, в принципе, не так важно. Я научу тебя владеть оружием. Нормальным оружием, а не вашими «иголочками», буду платить тебе и даже обязуюсь обеспечить крышу над головой.
    - А если я откажусь?
    - А если ты откажешься, - зловещая ухмылка озарила лицо Рорика. - Ты слышал о такой штуке как Законы Севера? Не слышал, конечно. Так вот, там говорится, что северянин, обязанный жизнью другому северянину, может отдать свой долг либо верной службой, либо отдав тому жизнь. Если откажешься, то можешь попробовать вернуть должок прямо сейчас. Я не прочь подраться.
    - Прямо насмерть? – пробормотал Сигвальд, до которого довольно медленно доходил смысл того, что с ним сейчас происходило. Это весьма позабавило Рорика. Засмеявшись, он хлопнул имперца по плечу и пошёл вперёд.
    - Пошли! – крикнул он. - В Хверде есть неплохая таверна!
    Сигвальд, понурив голову, пошёл вслед за Рориком. Его совсем не радовала перспектива поступать в услужение какому-то варвару.
    - Не все так плохо, - сказал Чёрный, вытряхивая остатки табака из трубки и пряча её в складках плаща. - Ты же не помер, в конце-то концов. А работать на меня не так уж и плохо. Многие об этом мечтали. Да и мечтают, наверное.
    - А кто ты такой, что люди мечтают работать на тебя? – немного приободрившись, спросил Сигвальд.
    - Я-то? – Чёрный многозначительно взглянул на него. - Я - Рорик Чёрный.
    - Очень понятно, - буркнул Сигвальд.
    На самом деле, ему было совсем не понятно, и «типичный имперец» просто не мог смириться с таким положением дел. Ведь, как же так? Какой-то непонятный мужик, угрожая расправой, фактически заставляет его поступить к себе на работу. Где это вообще видано, чтобы гражданина… Гражданина? Только сейчас он осознал одну простую вещь. Он больше не гражданин Катарской Империи. Он больше не Алькар. Он - Сигвальд, северянин! А ведь северяне должны жить по местным законам.
    Да и получить работу было не так уж и плохо, пускай он и не просил о ней. Ещё будучи в Зимнем Пределе, Сигвальд успел наслушаться о том, сколь нелегка была жизнь здесь, а то время, что он провёл за границами Империи показало насколько сильно северяне преуменьшали те трудности, с которыми предстояло столкнуться неподготовленному человеку. Чего только стоило живое дерево!
    То есть, конечно же, живым оно не было. Какой-то хитрый трюк, призванный запугать торговцев, едущих из Империи. Да, это определённо походило на истину. Разбойники. Вот кто напал на него в том лесу. Разбойники, являвшие собой одну из самых страшных опасностей Севера. (Само собой, никто не говорил ему подобной чуши. Но что вы хотели от Имперца? Магии для него не существовало. А когда он видел перед собой то, чего «не существовало», его голова судорожно начинала искать теории, порой самые бредовые, в которые Сигвальду просто приходилось верить. Потому что, отвергнув их, у него оставалось другое, правдивое объяснение, которое он просто не мог допустить).
    Они шагали по дороге, и Сигвальд, погружённый в размышления, не особо обращал внимания на то, что окружало их. Рорик же, наоборот, любовался местными видами, ведь после путешествия в Империю, возвращаясь из которой он и встретил Сигвальда, было приятно снова очутиться дома. Лес остался далеко позади, и теперь они шагали по равнине, где взгляд мог пронестись до самого края мира, где небо сходилось с землёй, и только позади виднелась мрачноватая стена деревьев. Под ногами поскрипывал свежий снежок, а грудь приятно щекотал морозный воздух севера. Небо было затянуто тучами, так что солнечный свет не особо пробивался к земле, но и без него все было довольно-таки идиллически. Не хватало только… Прямо на нос Рорику опустилась снежинка. Улыбнувшись, северянин вытянул руку, и на ладонь ему упало ещё несколько крупных хлопьев. Поваливший снег был именно тем, чего не хватало для полноты картины.
    Рорик видел дом, но для Сигвальда эта земля домом не была. Пока нет. У него все болело, ноги, изрядно отмороженные за то время, что он провёл в лесу, не забывали напоминать об этом при каждом шаге. Сапоги, которые дал ему Рорик, конечно, очень помогли, но, несмотря на это, боль в ступнях не торопилась уходить. Чтобы хоть немного отвлечься, Сигвальд решил заговорить со своим… работодателем.
    - А куда мы идём-то? – спросил он. Бросив взгляд вперёд, Сигвальд не увидел ничего, кроме бесконечных, присыпанных снегом равнин, отчего-то наводящих на него уныние, по которым змейкой пробегала дорога.
    - Отвечу тебе вопросом на вопрос, - сказал Рорик. - Что ты вообще делаешь на севере?
    - Хороший вопрос, - поморщившись, ответил Сигвальд. Сейчас, пережив нападение разбойников, встречу с дриадой и побег от ходячего дерева… Нет-нет. Только встречу с разбойниками, которые просто прятались под разными обличьями. Так вот, после всего этого он крепко задумался над тем, что он тут вообще делал? Изначальный план по устройству жизни канул в Лету вместе с потерей кошелька. Дом покупать ему было не на что, как и жить, собственно говоря.
    - Я хотел купить здесь дом. Жить по-человечески. В Империи сейчас творится бог знает что, а на севере я думал найти свою тихую гавань. Но, как видишь, - Сигвальд хлопнул себя ладонью по поясу там, где должен был висеть кошель с монетами. - Не получилось.
    - И ты, собираясь устроить здесь новую жизнь, даже не удосужился узнать о том, какой город стоит ближе всех к границе? Чем ты вообще думал?
    - Ну… я…
    - Как вообще можно идти на север и не знать о Хверде, - сказав это, Рорик сплюнул на землю, поражаясь беспечности имперца.
    - Так мы идём в Хверд?
    Рорик бы помянул каких-нибудь богов, или, что было ближе его натуре, выругался бы. Но он лишь покачал головой и негромко сказал:
    - Да. Мы идём в Хверд. К одной моей знакомой, которая заплатит неплохую сумму за волосы дриады. А когда закончим с этим дельцем, заглянем в «Сухарь».
    - Волосы дриады? Кому они могут быть нужны? Да и зачем? И что ещё за «Сухарь»?
    - Как один человек может выдавать столько глупых вопросов? – удивился Рорик, но ответил, посмотрев на Сигвальда, который, судя по всему, действительно хотел услышать эти самые ответы:
    – Ох, - пробормотал он. - Зачем, как и для чего нужны эти волосы, я не представляю. Я в дела колдунов никогда не совался, чего и тебе советую.
    - К-колдунов? – нервно хихикнул Сигвальд. - Ты ведь шутишь?
    - Да. Не колдунов, а колдуний. Гирда - колдунья.
    - Но их ведь не бывает!
    - Ой, ну только не начинай!
    - Но ведь…
    - Заткнись!
    - Но я же!..
    - Заткнись, кому говорю! – рявкнул Рорик. - Как вы живёте в этой треклятой Империи, если не знаете очевидных вещей? Колдуны хоть и гадкий народец, но платят они исправно, да и в друзьях их иметь полезно. Если люд знает, что ты водишь дела с кем-то из «этих», то тебя начинают бояться, уважать, ну и прочее. Так что, работать на колдуна не так уж и плохо. Это я тебе говорю потому, что меня самого колдуном считают, - сказав это, он хитро подмигнул Сигвальду. – Зелья варю, баб привораживаю. Тебе, кстати, баба не нужна? Я тебе за пару монет такую найду… сосенку. Хе-хе-хе.
    - Не смешно, - пробурчал Сигвальд.
    - Да ладно тебе. На самом деле я не колдун. Гирда – колдунья, а я нет. Ну, да это все ты сам поймёшь, когда её увидишь. Может, споешь ей, и она пару монет накинет, если понравится… Хотя, на сосну она не тянет. Скорее на пень. Трухлявый. Да. Но деньги есть деньги.
    Они ещё много о чём говорили по пути к городу. Сигвальд мучил Рорика бесконечными вопросами о колдунах и прочем, северянин же, уже через пол часа настолько устал от этого бреда, что только без конца повторял о том, что в Хверде он сам все увидит.
    Но когда они подошли к городским воротам, Сигвальд увидел не колдунов и колдуний, а стену. Говоря на чистоту, он за свою жизнь видел не так уж и много укреплённых городов. Всего один, если уж совсем на чистоту. В Империи города не имели стен, больше полагаясь на защиту закованных в сталь легионов, нежели на холодный камень. Но Хверд, в отличие от того же Корантара, был окружён плотной стеной, словно жители опасались какого-то вторжения.
    Вообще-то, последнее предположение Сигвальда было весьма обоснованным. Северные земли поделили между собой несколько так называемых Вождей, каждый из которых правил своим небольшим королевством, нередко ограничивающимся лишь одним городом. Как Хверд, например. Вожди часто устраивали набеги на земли соседей, а то и пытались прихватить себе чужие владения, так что без стен города простояли бы очень недолго. Но стены - это лишь половина защиты города. Они стали бы бесполезны без людей, призванных их охранять. И если стены в Хверде были хоть куда, то люди стоящие у ворот, вполне ясно давали понять, что от воинов в них было одно лишь название.
    Два рослых бородатых стражника стояли рядом с массивными воротами. На них не было никаких доспехов или иной защиты. Только ржавый шлем красовался на голове одного из них, но толку от этого дырявого горшка было немного. А в качестве оружия у стражников были какие-то странные топоры.
    - Ортунг, совсем сдурел, что ли? - прошептал Рорик, когда они подходили к воротам.
    - Ты о чём? – спросил Сигвальд.
    - Дровосеки на воротах - это глупость, мой имперский друг. Может у вас так и принято, но на Севере, где стражники должны быть не только жирными мешками с дерьмом, но и воинами.
    - А с чего ты взял, что это дровосеки?
    - Ты на топоры их посмотри. Ими же деревья рубят, а не головы.
    - Думаешь, деревья хуже рубятся, чем шеи? – хохотнул один из стражников, услышавший их разговор. Тот был на голову выше Рорика и смотрел на него сверху вниз, сопровождая свои слова гадкой ухмылкой.
    - Много голов уже срубил? – поинтересовался Чёрный, попытавшись заглянуть стражнику в глаза, но взгляд его дотянулся лишь до тёмной кустистой бороды.
    - Мно-о-о-ого, - протянул тот, взяв топор в руки. - Тебе и не снилось.
    Тут стоит отметить, что на голове Рорика в этот момент был капюшон, и стражник вряд ли мог разглядеть его лицо.
    - Не снилось, значит, - хмыкнул Чёрный, снимая капюшон. – А ты уверен в этом?
    - Так ты... - другой стражник, тот, у кого на голове красовался ржавый шлем, удивлённо ткнул пальцем в сторону Рорика. - Ты...
    - Мама не учила, что в людей пальцем тыкать нехорошо? – поинтересовался Рорик, посмотрев на него. – И да, я тот самый Рорик Чёрный, о котором вы, несомненно, столь наслышаны.
    - А по-моему, - сказал первый стражник, почесав бороду. - Ты тот самый Рорик Чёрный, задолжавший нашему Вождю денег.
    Слава, в разных своих проявлениях, преследовала бледнокожего северянина. Кто-то знал его как непревзойдённого мечника, а кто-то знал его как пройдоху, вора или, как например эти стражники, должника.
    - Чтоб его, - буркнул Рорик. - Совсем забыл.
    - Что? – стражник угрожающе смотрел на него.
    - Говорю, я затем и пришёл в Хверд, чтобы с вашим Ортунгом рассчитаться. А если вы, два идиота, так и будете меня держать на воротах… Вы ведь помните, как он с Гальдом обошёлся?
    - Каким Гальдом?
    - Ах, вы его не знали? – ухмыльнувшись, сказал Рорик. - Ну, так я вам расскажу. Он тоже раньше на воротах стоял. Неплохой человек. Был.
    - А что с ним стало? – стражник в шлеме с сомнением и страхом глядел на Рорика.
    - Примерно год назад, когда я в Хверд возвращался, чтобы так же Ортунгу должок старый отдать, Гальд подумал, что сможет перед вождём выслужиться. Решил самолично отвести меня в дом его. Ортунгу ой как не понравилось, что его друга, Рорика Чёрного, так непочтительно притащили к нему. Ой, как не понравилось. Так не понравилось, что он сам оторвал бедняге Гальду голову, да швырнул её собакам.
    - Чё, правда? – хором выдали оба стражника.
    - Угу, - кивнул Рорик.
    - Знаешь… ты это. Проходи, наверное. Только сразу иди к Ортунгу. Вот прямо сейчас. Только не говори, что мы тебя отправили, хорошо?
    - Хорошо, - благосклонно согласился Чёрный, проходя через ворота. - Я вас не видел, ребятки. Сигвальд! Чего стоишь?! Пошли!
    Имперец, молчаливо наблюдавший за всей этой сценой только сейчас понял, что Рорик обращался к нему. Встрепенувшись, он прошёл вслед за северянином через ворота, а когда двое стражников оказались позади, негромко спросил.
    - Это правда?
    - Что?
    - Про Гальда.
    - Нет, конечно, - улыбнулся Рорик. – Просто не хотелось бы мне быть оттащенным к этому остолопу Ортунгу. Кулаки у него, знаешь ли, тяжёлые, а в ход пускает он их при первой же возможности.
    Сигвальд хотел что-то сказать на это, но слова застряли у него в горле, когда он увидел город северян изнутри. Хотя нет. Не увидел. Сначала его настиг Запах. Именно так. С большой буквы. Хверд никогда не был чистым городом. Люди выливали помойную воду прямо на улицы, горы мусора, встречавшиеся тут и там, а также медвежий жир, которым натирались местные жители по совету какого-то заезжего имперского модника, создавали просто непередаваемый аромат, но основной составляющей Запаха было вовсе не это.
    - Что за хрень? – выдохнул Сигвальд, стараясь побороть подступающую тошноту.
    - Чувствуешь? – спросил Рорик, со снисходительной улыбкой посмотрев на него. - Хверд у нас славится своими жироварнями. Аромат они, конечно, создают приличный, но к этому быстро привыкаешь, а пока просто попытайся дышать ртом.
    Дышать ртом. Ага. Даже следуя совету Рорика, Сигвальд никак не мог побороть Запах. Каждый вдох приносил омерзительный сладковато-кислый вкус на языке, глаза слезились, а когда Сигвальд случайно вдохнул носом…
    - Ничего-ничего, - Рорик похлопывал по спине имперца, скрученного приступом рвоты. - Меня так же в первый раз пробрало.
    А когда Сигвальд избавился от содержимого желудка, северянин протянул ему пучок каких-то листьев.
    - Вот, - сказал он. - Пожуй. Эта хреновина называется Харатул. Должна помочь.
    Листья, хоть и были страшно горькими на вкус, действительно помогли. Сигвальд с удивлением понял, что теперь он совершенно не ощущал никаких запахов.
    - Пошли, - бросил ему Рорик. - Нас Гирда ждёт.
    Сказав это, он двинулся дальше, а Сигвальд пошёл следом. Сейчас, когда Запах был побеждён, у имперца было время, чтобы оглядеться по сторонам, и про себя он отметил, что город северян весьма сильно походил на Корантар. Те же низкие одноэтажные дома с толстыми стенами, призванным укрывать живущих внутри людей от суровых холодов. Те же широкие улицы, по которым можно проехать и конному, и даже провезти повозку. Да, этот город определённо напоминал дом, но люди в Хверде были совсем другими. Ну, или не совсем. Неважно. Сигвальд мне описывал это примерно как «в глазах северян я видел открытость и честность, которую никогда не увидишь во взгляде имперцев», но я склонен считать это только его личным мнением. Моё же мнение заключается в том, что и имперцы, и северяне, все они одинаковые. Только в Хверде люд одевался теплее, чем в том же Корантаре.
    Дом «колдуньи» располагался в самом центре города. Это была небольшая хибара, мало чем отличавшаяся от всех прочих домишек в городе. Сигвальд, думавший, что обиталище колдуньи будет выглядеть как-то по-особенному, почувствовал себя слегка разочарованным, видя такую картину.
    - И это все? – спросил он у Рорика, когда они подошли к дверям.
    - Что «все»?
    - Ну… Это же дом ведьмы.
    - Колдуньи.
    - Да, «колдуньи». Тут ведь должны быть… Ну не знаю.
    - Что? – на лице Рорика медленно расцветала издевательская ухмылочка. - Черепа в окнах, мертвецы у порога и дверь вся в крови?
    - Да!
    - Не будь идиотом, Сиг.
    - Сиг?
    - Если я буду каждый раз ломать язык произнося твоё имя, то он вскоре станет непригоден для всего того прекраснейшего вранья, что кормило меня всю жизнь. А теперь заткнись и не лезь. С Гирдой говорить буду я.
    С этими словами Рорик кулаком ударил по двери, намереваясь постучать по ней, но Чёрный не ожидал, что та откроется от первого же удара.
    - Думаю, это можно воспринимать как приглашение, - сказал он, проходя внутрь. Сигвальд, тяжело вздохнув, пошел вслед за ним.
     
    tommyHeaven и G13 Kisuke нравится это.
  2. G13 Kisuke

    G13 Kisuke Старожил

    А мне понравилось )) Жду продолжения ))
     
  3. Quzko

    Quzko «База знаний» Отдел модераторов

    За комментарии из разряда "ниасилил","ничитал","многабукафф" буду несчадно карать.Отучайтесь портить темки с хорошими рассказами подобными комментариями.Тяжело осилить пару страниц,не заходите в подобные темы.
     
    SouR, Ankariya, Alaren и ещё 1-му нравится это.
  4. Alaren

    Alaren Коренной житель

    Спасибо) Вторую часть выложу как лень поборю)

    А вам отдельное спасибо)
     
  5. G13 Kisuke

    G13 Kisuke Старожил

    Кстати, Alaren, у меня такой вопрос: к данному моменту у Вас имеется видение готового материала? Или Вы по ходу написания порождаете слова?
     
  6. Alaren

    Alaren Коренной житель

    Очень примерно знаю основные события. Остальное в процессе появляется)
     
  7. G13 Kisuke

    G13 Kisuke Старожил

    ясно ^_^
     
  8. Alaren

    Alaren Коренной житель

    Выложил вторую часть.
     
  9. G13 Kisuke

    G13 Kisuke Старожил

    Даймондовые слова :awesome: Читаю дальше :popcorn:
    Закончил, не менее интересная чем первая часть ))
    Жду продолжения )
     
    Alaren нравится это.